A A A K K K
для людей з обмеженими можливостями
Сокирянська міська територіальна громада
Чернівецька область, Сокирянський район

«Не так уж сильно его и били. Всего лишь ударов 10!»

Дата: 18.11.2019 16:33
Кількість переглядів: 260

«Не так уж сильно его и били. Всего лишь ударов 10!» - кошмарные откровения воспитанников интерната под Черниговом
Они шли за нами, не отставая ни на шаг. Всю территорию детского дома, их округлившиеся, большие и наивные глаза следили за каждым нашим действием.
Их зовут Света и Сережа. Ей 8 лет, а ему 6. Они брат и сестра.
Их история такая же, как и у большинства находящихся здесь. Мать беспробудно пила каждый день, за что была лишена родительских прав.
И Света, и Сережа не знают, кто их отец. И навряд ли он у них общий. Пока была жива бабушка, дети были под присмотром. Но, бабушка умерла
и никому не нужные брат и сестра отправились в детский дом под Черниговом.
Наша волонтерская группа приехала с помощью. Мы привезли стандартные наборы: канцелярия, одежда, обувь, книги, игрушки. Света
и Сережа внимательно смотрели, как мы выгружаем все это из машин. Когда я заметила их, они быстро спрятались за дерево.
- Яблоко хочешь? – спросила я затаившуюся за деревом Свету.
- А можно? – произнес еле слышно тоненький и тихий голосок.
- Конечно, бери два. Себе и братику.
- А что мы за них должны?
Меня удивил и обескуражил этот вопрос. Почему восьмилетняя девочка считает, что она кому-то что-то должна?
- Ничего. Берите просто так и кушайте.
-Врешь! Потом побьешь нас за эти яблоки, или скажешь воспитателю что мы украли. А мы не крали. Мы вообще не воруем, а все думают,
что воруем.
- Я не буду вас бить, и уж тем более не скажу, что вы у меня их украли. Не бойся. Бери, угощайся.
Света хотела сделать шаг навстречу, но за руку ее одернул Сережа.
-Светка, ты что? Совсем ку-ку? Они уедут, а Елена Николаевна останется. Ух что будет, если она узнает, что мы яблоки эти взяли. Не бери. Опять в чулане закроет или порку устроит.
Речь Сережи заинтересовала меня. Какой чулан? Кто такая Елена Николаевна? Почему им должны устроить «порку»?
-Ребята, не бойтесь. Мы вам вон, игрушки привезли и одежду.
Это все вам. Поделитесь между собой. Никто вас ругать не будет.
Мы же специально с Киева ехали, чтобы вам подарки сделать. Берите, что хотите.
Сережа отпустил руку Светы и побежал в сторону здания детского дома. На ходу он крикнул: «Сама потом будешь получать. Я не хочу больше. У меня только спина болеть перестала после прошлого раза».
Я была шокирована. Что же тут происходит? Почему ребята всего бояться?
Света сказала: «Вы его не слушайте, он маленький просто. Подумаешь по спине палкой получил! Потом неделю встать не мог, а я думаю,
что обманывал. Не так уж сильно его и били. Всего лишь ударов 10! Плачет постоянно как трусишка. А я говорила ему, не реветь. Нам тут все равно
всю жизнь жить. Надо терпеть, когда ребята или Елена Николаевна бьют. Они же из нас людей хотят сделать. Это так Елена Николаевна сказала.
А он плачет и к маме домой хочет. Не нужны мы маме! А Сережа
не понимает это. Он ждет, что она придет и заберет нас домой. Только дома мы ей не нужны. Дома есть дядьки какие-то, которые к ней приходят, и водка противная. Я кстати ее уже пробовала. Мне не очень понравилось. А мама сказала, что ничего страшного, это сначала она не вкусная, потом понравится. Но и потом не понравилась".
Минуту я стояла как вкопанная. И это говорит маленькая восьмилетняя девочка? Я знала, что в детских домах не самая лучшая жизнь, но чтобы били палками, да еще и по спине – это было выше моих представлений.
Избить – это сделать человека? У меня все больше и больше возникало вопросов к этой Елене Николаевне.
Мы разгрузили две наши машины и прошли в жилой корпус. С потолка сыпалась штукатурка, стены, уже уставшие от очередного слоя краски,
не выдерживали и лопались. На полу лежал линолеум. Точнее когда-то
это был линолеум. Сейчас это больше похоже на куски чего-то тряпочного, прибитого ржавыми гвоздями к полу, который скрипел так, что, наверное,
в соседнем селе было слышно. На встречу нам вышла женщина средних лет, с густыми черными бровями и бегающими юркими глазами.
- Вы нам подарки привезли? Здравствуйте! Я Людмила Ивановна. Директор детского дома. Проходите, не стесняйтесь.
Мы прошли вслед за Людмилой Ивановной прямо по коридору.
По пути я заметила, как маленькие жильцы детского дома пытались побыстрее скрыться за дверями крохотных комнат. Я увидела Сережу.
Он плакал, отвернувшись к окну.
- Кто тебя обидел? Может я могу помочь?
-Нет. Не нужна мне ничья помощь. Я просто к маме хочу. А Светка говорит, что мы ей не нужны. Может и не нужны, но она хотя бы не бьет
так сильно, как тут. Елена Николаевна уже видела, что вы с нами говорили. Вот вы уйдете, а меня опять побьют. В прошлый раз только спинку избили,
а перед этим нос разбили. Но тогда я просто ночью встал и в туалет пошел, когда нельзя было. А сейчас с взрослыми говорю. Тут не только
нос разобьют. Ногами, наверное, бить будут.
Директор детского дома окликнула меня: «Девушка, пойдёмте.
Я вам сейчас наших нянечек покажу».
Без лишних слов я сразу поняла, кто же тут та самая женщина-монстр, избивающая детей. На вид ей было лет 50. Худая, с длинными черными волосами, собранными в пучок. На глазах нарисованы острые стрелки,
на губах оранжевого цвета губная помада. И взгляд… чего только стоит этот взгляд хищного ястреба, готового вцепиться в каждого, кто ей не понравится.
- Добро пожаловать в наш детский дом. Мы всегда рады гостям, особенно когда они приезжают с подарками – рассмеялась эта страшная мегера. – Шучу! Мы просто рады гостям. Детки так любят новые лица.
- Знакомьтесь, это наша Елена Николаевна. Она главная нянечка
в младшей и средней группах. Персонала особо нет. Платят копейки. Никто не хочет работать за спасибо. А вот Елена Николаевна мастер своего дела. Уже 30 лет стажа за плечами. Даже сложные дети с ней всегда тихие
и спокойные. И как ей это удается?! Елена Николаевна, расскажите свой секрет волонтерам.
- Ой, да вы меня засмущали прям. Никакого секрета нет. Я просто очень, всем своим сердцем, безгранично люблю детей.
Пока продолжался этот театр абсурда, я увидела, как к Сереже подошел взрослый парень, схватил его под руку и куда-то повел. Я попыталась пройти туда, но Елена Николаевна и Людмила Ивановна продолжили рассказывать историю создания детского дома, рассказывали про воспитанников
и всяческим образом благодарили за всю эту необходимую помощь.
-А куда вы деваете все то, что вам привозят? – спросила я не выдержав этого лицемерия.
- Как это куда? Все идет деткам. Все вещи, все школьные принадлежности, вся обувь – все это отдается в пользование нашим воспитанникам.
-Почему же тогда они ходят у вас в обносках? Почему они удивляются помощи, которую им пытаешься оказать? Что-то в вашем интернате
я не увидела ни одного счастливого и искренне улыбающегося ребенка
и вообще…
Меня перебила Людмила Ивановна: «Девушка, делайте свое дело
без лишних вопросов. Привезли-отдали-потешили свое самолюбие-уехали. Не нужно лезть туда, куда вас не просят. До свидания»
Нас буквально вытолкали за пределы жилого корпуса детского дома. Пока ребята грузились в машины, за забором, в непосредственной близи
от нас, я увидела Свету. Она хотела что-то сказать. Я быстро подошла к ней.
-Зачем вы с ними говорили? Они же теперь нас изобьют и не отдадут
в семью. Мы хотели, чтобы нас забрали. А теперь они рассердятся и новые мама и папа не узнают о нас. Все что вы привезли – Елена Николаевна
и Людмила Ивановна заберут себе. Они продают все подарки, которые
нам дарят. Нам не нужны ваши подарки. Пусть все забирают. Мы просто хотим к новым маме и папе.
Света убежала вся в слезах. Меня позвали в машину, нужно было ехать назад, в столицу… Всю дорогу я думала о том, что увидела. Думала над судьбой Светы и Сережи.
Через 3 месяца в моей семье появились маленькие детки.
Мои племянники. Света и Сережа. Те самые, из детского дома под Черниговом. Те самые, чья мама поила их водкой. Те самые, которых избивали работники детского дома. Мой брат оформил опеку над ними. Теперь Света и Сережа – часть нашей большой семьи. Они рассказали очень много. Настолько много, что, чтобы написать это все не хватит ни сил,
ни времени.
Мы пытались обратится в суд. Даже собрали все необходимые документы. Но органы опеки дали нам понять – если дать ход этому делу,
то Света и Сережа вновь окажутся в детском доме, а мой брат и его жена окажутся «плохими приемными родителями».
Судьба этих двух малышей сложилась удачно. Теперь они там,
где их любят. Они потихоньку начинают забывать все ужасы интерната.
Но ведь там еще куча детей. Тех, которые остались одни. Тех, чьи родители отказались от них. Тех, кто подвергается издевательствам и истязаниям каждый день.
Куда смотрит наше государство? Ответ известен – всем плевать. Думаете в администрации того же самого Чернигова не знают о том,
что творится в детском доме? Знают! Еще как знают. Просто на все это закрывают глаза. Почему? Потому что само государство не в состоянии обеспечить нормальные условия жизни для детей, лишенных родительской любви. Финансирование как бы выделяется, но до детских домов оно
не доходит. И даже то, что привозят волонтеры – распиливается между руководством интерната.
Хочется помочь всем этим детям. Душа и сердце разрываются на тысячи маленьких осколков от осознания того, что эти маленькие детки, которые ни в чем не виноваты, попали в такую взрослую и жестокую жизнь. Что с ними будет? Скорее всего они станут озлобленными на весь мир людьми. Они будут ненавидеть всех и вся. И это суровая правда нашей жизни…

Vladislava Melnik.


« повернутися

Код для вставки на сайт

Вхід для адміністратора

Онлайн-опитування:

Увага! З метою уникнення фальсифікацій Ви маєте підтвердити свій голос через E-Mail
Скасувати

Результати опитування

Форма подання електронного звернення


Авторизація в системі електронних звернень

Авторизація в системі електронних петицій

Ще не зареєстровані? Реєстрація

Реєстрація в системі електронних петицій


Буде надіслано електронний лист із підтвердженням

Потребує підтвердження через SMS


Вже зареєстровані? Увійти

Відновлення забутого пароля

Згадали авторизаційні дані? Авторизуйтесь